135

Улетевший. Кунгурский аэронавт - о любви к полетам

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 27. АиФ-Прикамье 03/07/2013
Фото автора

Пермь, 4 июля – АиФ-Прикамье. Для кунгурского аэронавта Александра Дульцева страсть к полётам как поздняя любовь. Сильная. Опьяняющая. Последняя. Толкающая на безрассудство. Если, конечно, полёты на зависящем от капризов ветра аэростате можно назвать безрассудством. 

Александр Дульцев пока не обладает серьёзными спортивными титулами вроде чемпиона России или Европы по воздухоплаванию. И дело не в недостатке опыта или мастерства. 

Для побед высокого уровня нужен не «пузырь», как называют пилоты пассажирский вариант аэростата, а компактный спортивный шар. Манёвренный, юркий, мгновенно реагирующий на воздушные потоки и команды пилота. Команды простые: вверх, вниз. А где - вверху или внизу - ждёт пилота удача, знает только Бог.

Полёт к ангелам?

Практически никто не знает о том, что Александр Дульцев покорил высокое небо Белогорья. На сегодня он остаётся первым и единственным пилотом, ушедшим на взлёт едва ли не от стен Белогорского храма. Прямо на глазах у изумлённых монахов. Произошло это в ноябре 2011 г.

- Вы хотели кого-то удивить, Александр, или пообщаться в небе с ангелами?

- Общаться с ангелами мне, пожалуй, рановато. А полёт был посвящён моему деду - послушнику Свято-Николаевского мужского монастыря Александру Дульцеву. Меня же в честь деда назвали. Десять лет деревенский парень Сашка Дульцев ходил в послушниках, а когда началась русско-японская война, ушёл добровольцем на фронт вместе с другими монахами, посчитавшими за честь постоять за батюшку царя и повоевать с самураями. Ведь мужской монастырь на Белой горе был создан в честь чудесного спасения Николая II от рук японского ниндзя.  

- Вершина Белой горы по­стоянно борется с ветрами. Поднять в таких условиях аэростат очень сложно. Как всё прошло?

- Обошлось малой кровью. Ветер подкараулил, и одну дырку в оболочке я всё-таки прожёг. Но риск оказался оправданным. Шар взмыл в небо, промчался вблизи сияющих золотом огромных куполов. И открылась такая красота, такие дали, что дух захватило. 

- На земле громада Белогорского храма давит. А каков он с высоты?

- Чем выше в небо, тем меньше храм. Через пять минут полёта я попал в снежный заряд. И храм исчез. И весь мир исчез. Снег крупный. Когда аэростат снижался с его скоростью, появлялось ощущение нереальности происходящего: снежинки в упор глядят на тебя, ты - на них. Я тогда, и правда, вспомнил про ангелов. Подумал, может, это они смотрят на меня глазами снежинок. 

Небо надо уважать

На последнем Кубке России по воздухоплаванию, прошедшем недавно в городе Великие Луки, Александр Дульцев занял 4 место. Для пилота, летающего на неспортивном аэростате, просто великолепный результат. 

- Говорят, что, готовясь к кубку страны, вы сбросили едва ли не полцентнера лишнего веса?

- Я похудел на 54 кг. И не специально к Кубку, а в течение года. Поставил цель - облегчить работу моему шару. Ему же тяжело поднимать без малого десять пудов живого пилотского веса. Столько лишнего газа сгорает, пока взлетишь. 

- Что за чудодейственная диета?

- Обычная уральская диета: меньше есть, больше двигаться. Результат налицо. 

- Правда ли, что ваши друзья-соперники по воздухоплаванию, встретившись с вами в Великих Луках, не узнали в постройневшем и помолодевшем мужчине пилота Александра Дульцева?

- Все меня узнали. Но не все сразу. Да я и сам себя порой не узнаю. Кстати, во время представления участников Кубка России, после моего появления на сцене один из ведущих пилотов страны крикнул: «Ну, теперь-то Дульцев всем покажет, как надо летать».   

- Пилоты - люди суеверные. Взять хотя бы обычай называть завершающий полёт не последним, а крайним. Значит, всё-таки боязно «рождённым ползать» летать в небесах?

- Страха перед высотой нет. Иначе бы меня и палкой в корзину не загнали. Есть восторг, немного эйфории. Немного гордости, что можешь управлять таким гиган­том. И уважение к небу. 

- Свой первый самостоятельный полёт помните?

- Такое разве забудешь. Вот тогда у меня руки немного дрожали. Одно дело, когда рядом с тобой инструктор. Другое - ты один на один с высотой и ветром. Ведь это только со стороны кажется, что всё легко и просто.

Романтики, в полёт! 

Самостоятельно Александр летает с осени 2007 г. До этого пять лет был штурманом. Работал судьёй на «Небесных ярмарках». В общем, созрел для полётов. 

- Как принимаются такие судьбоносные решения?

- Сам бы я никогда не решился на столь серьёзные перемены в жизни. Спасибо московскому пилоту Михаилу Латыпову. Он моё подсознательное желание уловил. Посоветовал найти спонсора. «А на пилота выучим, - сказал он, - и вперёд».

Слова Латыпова засели в мозгу, как заноза. Но возраст. Мне тогда 46 исполнилось. Подумал, подумал - и понял: летать - не бегать. Есть пилоты и постарше. Михаил Найдорф, например, получил удостоверение пилота после пятидесяти. Сейчас ему 75, а он вовсю летает. И я решился. 

- Кто был наставником?

- Пермский пилот Игорь Старков. Помог здорово. И за год до пятидесятилетия моя мечта сбылась.   

- На аэростатах летают многие. В качестве пассажиров. Но не все заболевают небом. Из кого, по-вашему, получаются романтики заоблачных высот?

- Судя по мне и моим детям, из бывших туристов и спортсменов. Они же все романтики. Я кандидат в мастера спорта по спортивному ориентированию. Работал тренером, директором турбазы, занимался с ребятами в Доме детского и юношеского туризма. Сын Евгений тоже увлёкся спортивным ориентированием. Заядлый турист. Дочь Марина тянулась и за мной, и за старшим братом. И сегодня у нас в семье два пилота и одна пилотесса. Первая, кстати, на Урале.

- А супруга?

- Хотели мы её в свою компанию затянуть, но жена сказала: «Кто-то же в семье должен быть нормальным». 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых


Самое интересное в регионах