В Перми прошёл экологический практикум для школьников и студентов — третий по счёту. Почти четыре часа они постигали азы лесной таксации — пересчитывали молодые деревья и кустарники, смотрели, густо ли они растут, слушали рассказ лесничего о его работе, и искали ответ на вопрос: какое дерево — символ Пермского края?
Первый урок
Черняевский лес — место, знакомое каждому пермяку. Здесь бегают по утрам, гуляют с детьми, кормят белок. У самого входа, у кромки леса, стоит деревянный визит-центр. Он появился здесь в 2015 году — первым в городских лесах Перми. В этот раз у его дверей собралась группа: школьники и студенты. У них в руках полевые дневники и карандаши. Это не прогулка, а практикум.
Перед выходом на маршрут нас встречает Вадим Саначёв, лесничий Черняевского лесничества. В лесном деле он больше 25 лет, из них последние двенадцать — в городских лесах Перми.
Сначала смотрим с ребятами короткометражку: Черняевский лес с высоты птичьего полёта. Крупнейший лесопарк Перми, около 700 гектаров, со всех сторон окружён городскими кварталами и автодорогами. С воздуха он выглядит глухим, почти нетронутым, как говорят лесники, — «малонарушенным массивом». Но под густым зелёным пологом всегда многолюдно, особенно в выходные. Множество пешеходных дорожек, четыре экологические тропы. И при этом — десятки видов зверей, птиц и редких растений.
Кадры сменяют друг друга: белка, которая выпрашивает корм у прохожих и почти не боится рук, ласка, горностай, куница. Больше 109 видов птиц, половина из них гнездится здесь. На экране — тритоны, лягушки, ящерицы. Фильм напоминает: этот лес — не просто зелёная зона. Это особо охраняемая природная территория местного значения. И сохранилась она благодаря решению, принятому сто лет назад.
«Тогда это было очень важное решение, — говорит Вадим Сергеевич. — Этот участок сразу был оставлен для отдыха горожан. Сейчас он на кадастровом учёте, уменьшить территорию нельзя».
Но сохранить лес в черте города — задача сложнее, чем просто поставить забор и запретить вход.
Лесничий объясняет:
«Городской лес — это постоянный компромисс между отдыхом людей и сохранением экосистемы. С одной стороны — десятки тысяч посетителей, с другой — лес, который должен выдерживать эту нагрузку. Выхлопные газы от машин, промышленные выбросы, шум, мусор. И люди, которые приходят сюда тысячами, тоже оставляют след — вытаптывают почву, повреждают деревья, оставляют костровища. Всё это разрушает лес. Наша задача — сделать так, чтобы он не деградировал».
Саначёв показывает на огороженный участок у входа.
«Когда я пришёл сюда впервые, здесь было вытоптано всё до основания. Просто песок. Мы начали огораживать. Через год затянуло травой, через два посадили кедры, дубы, сосны. Сейчас совершенно другой вид», — отмечает он.
Лесничий достаёт карту десятилетней давности. На ней — белые пятна, пустые участки.
«Сейчас белых пятен нет, — говорит он. — Всё заросло либо само, либо мы помогли. Лес не любит пустоты».
Штат лесничества — всего шесть человек (на 700 гектаров). Одни бы не справились. Поэтому главная опора — жители.
«Аншлаги с моим телефоном висят по всему лесу, — продолжает Саначёв. — Люди звонят, пишут в мессенджеры: где-то дым, где-то дерево упало, кто-то свалку мусора обнаружил. А в прошлом году лосёнок переплыл Мулянку и зашёл на территорию, его жители засняли в пять утра, видео прислали мне. Благодаря такой обратной связи в Черняевском лесу нет лесных пожаров. Без помощи неравнодушных посетителей охватить всю территорию физически невозможно».
Школьники слушают внимательно. Один из них спрашивает:
«Почему вы стали лесничим?»
«Родители работали в лесхозе, — рассказывает Саначев. — Поступать в лесотехнический я не планировал, но так получилось, что поехал в Екатеринбург и выбрал специальность инженера лесного хозяйства. Первые два курса были скучными — высшая математика, сопромат. А вот когда начались специальные предметы, интерес проснулся. И уже 25 лет я в лесу. Моя профессия стала хобби. Могу и в выходной приехать сюда и покататься на велосипеде».
Он замолкает, потом добавляет:
«Каждый год в лесу появляется что-то новое. То осоед прилетит — это такой крупный хищный сокол, он охотится на ос и пчёл. То гриб необычный вырастет. Лес живёт. И это главное».
Лесная бухгалтерия
Теперь — практика. Её ведёт Наталья Молганова, доцент кафедры лесоводства Пермского аграрно-технологического университета. Мы уходим с тропы вглубь леса, останавливаемся на разреженном участке. В руках у Молгановой — размеченный шест — палка.
«Купила в магазине, — улыбается Наталья Александровна, показывая палку группе. — Но в лесу с такой не ходят. Здесь всегда можно найти хворостину или сушину. Главное — разметить: полметра, полтора. По ним можно подразеделять растения на высотные группы».
Сегодня, объясняет она, будем считать подрост и подлесок.
«Подрост — это молодые деревья, которые в будущем смогут заменить старый древостой. Подлесок — кустарники, они никогда не станут деревьями. Эти данные показывают, сможет ли лес восстановиться естественным путём или нужна помощь — посадка, уход, огораживание».
Она объясняет ребятам задание: нужно заложить круговую учётную площадку с постоянным радиусом 1,78 метра. Площадь такой площадки — ровно 10 квадратных метров. Палка размечена на 0,5 и 1,5 метра — чтобы разделить растения по высотным группам: мелкий подрост (до полуметра), средний (0,5–1,5 метра) и крупный (выше полутора метров).
Школьники по очереди встают в центр круга и, поворачиваясь вокруг себя, приставляют палку к каждому растению, попавшему в радиус, определяя его высоту. Каждый становится в центр своего участка, начинает медленно поворачиваться. Вот, например, молодая рябина. Палка показывает до полуметра — значит, ставим точку в графу «мелкий». Дальше черёмуха — выше полутора, записываем в «крупный». Ирга — в Черняевском лесу её много, прижилась, кормит птиц — тоже попадает в бланк. Затем палку передают следующему.
Молганова подходит к одной из площадок, показывает на молодую ель:
«Вот это — благонадёжный подрост. У него прирост в высоту больше, чем в ширину, крона остроконечная, хвоя густая, тёмно-зелёная. Такое дерево выйдет в древостой».
Она переводит взгляд на соседнюю ель — приземистую, раскидистую, с изреженной хвоей.
«А этот — неблагонадёжный. Он отстал в росте, повреждён, будет расти «подушкой» и никогда не станет полноценным деревом».
Ребята записывают в бланки — методом конверта, десятками. Ставят точки в клеточки: одна точка — одно растение. Так лесники считают подрост уже больше ста лет.
Руководитель практикума заглядывает в бланк к одному из школьников:
«Считать методом конверта можно всё что угодно. Хоть пятёрки в дневнике».
Ребята смеются, но продолжают считать старательно.
«Очень интересно и познавательно, — говорит школьник Роман Вахитов. — Лес — это друг, к которому можно прийти, расслабиться, побыть наедине с собой. Людей мало, машин нет, воздух чистый».
«А нам запомнился разговор с Вадимом Сергеевичем, — добавляют Анастасия Анисимова и Савелий Цзи. — Было интересно узнать, что за такая профессия лесничий, чем он занимается. И понравилось работать с палкой. Обычная палка, которая в лесу валяется на земле, — может стать настоящим инструментом».
«И такие практики помогают мне ещё и в учёбе, — продолжает 15-летняя Анастасия. — Два месяца я участвовала в проекте «Школа детских гидов» от Движения Первых. Нас учили составлять маршруты, держать внимание группы, работать с вопросами. И сегодняшний выход в лес — не просто прогулка, а настоящий урок. Расширяешь кругозор, погружаешься в тему. В будущем это точно пригодится».
Когда с подсчётами подроста и подлеска заканчиваем, биолог достаёт другой инструмент — прибор, похожий на прицел.
«Это полнотомер Биттерлиха, — объясняет она. — Нехитрый прибор для закладки реласкопических учётных площадок непостоянного радиуса. С его помощью можно определить абсолютную полноту — главный показатель того, насколько эффективно лес реализует пространство и природные ресурсы. И прикинуть состав древостоя — сколько процентов в лесу занимает та или иная порода».
Наш реласкоп-полнотомер работает просто: натягиваешь цепочку, приставляешь рамку к глазу и медленно поворачиваешься. Все деревья, которые в прорези толще, чем сама прорезь, — считаешь. Если ствол равняется прицелу, его нужно считать за половину дерева. Два дерева равных по величине прицелу дадут одно дерево. Остальные пропускаешь. Сколько насчитал — столько квадратных метров площади сечения стволов на гектаре.
Биолог показывает, как это делается: поворачивается вокруг себя, считает вслух. Семнадцать стволов. В основном ели да сосны.
«Абсолютная полнота здесь — 17 квадратных метров на гектар. Если бы на этом участке спилить все деревья на высоте 1,3 метра и сложить пеньки вплотную, они заняли бы 17 квадратных метров».
Кто-то из школьников спрашивает:
«А с помощью дронов не проще всё измерить?»
«Можно, — кивает Молганова. — Есть лидарная съёмка. Но в нормативных документах лесного хозяйства она пока не прописана. В Финляндии, где леса однотипные, используют. У нас — смешанные, сложные леса. Поэтому пока классика: прибор, глазомер и математика. Точнее никто не придумал».
Пока ребята возятся с замерами, биолог неожиданно задаёт вопрос:
«Какое растение, по-вашему, должно символизировать Пермский край?»
Школьники переглядываются. Слышны голоса: сосна, берёза, липа, ель...
«У сосны и берёзы ареал — от океана до океана, — качает головой Молганова. — Ель финская, которая в основном растёт у нас, — гибрид, возникший при встрече ели европейской и сибирской после окончания последнего оледенения. Тоже не уникальна».
И она напоминает об истории, которая звучит почти как парадокс, как выбирали зелёный символ Пермского края.
В 2014 году прошла акция «Аллея России»: регионы выбирали свои растения‑символы для высадки. Первые аллеи появились в Севастополе и Москве, положив начало большой традиции. От Пермского края в финал вышли пять кандидатов: гинкго двулопастный, ольха серая, марьин корень, купальница европейская и бересклет европейский.
Победил гинкго двулопастный — почти 36,5 тысячи голосов, 47% участников.
Гинкго в Пермском крае не растёт — его родина Китай. Это реликтовое дерево, единственный доживший до наших дней вид класса гинкговых. Оно росло примерно 250 миллионов лет назад — в пермском геологическом периоде . И хотя тогда не было именно гинкго двулопастного, его древние родственники — гинкгофиты — встречались на территории Предуралья, их окаменевшие остатки находят в отложениях кунгурского яруса.
Логика была простой: пермский период знает весь мир. Название города — бренд, который работает без перевода. А гинкго — живое напоминание о той далёкой эпохе.
«Официальный символ у края уже есть, — подводит итог Молганова. — Но вы сегодня своими руками измеряли настоящий пермский лес. Может, у вас появилась идея, какое дерево могло бы стать его неофициальным символом?»
Ребята обещают подумать.
50 картин
Почти четыре часа в лесу — подсчёты, замеры, споры и вопросы. Бланки заполнены, инструменты убраны. Возвращаемся в конце практикума к пруду у визит-центра. Замечаем на берегу человека с мольбертом. Знакомимся: Юрий Петров, художник. Живёт в пятидесяти метрах от леса, приходит сюда почти каждое утро, часто пишет — в его коллекции уже пятьдесят картин Черняевского леса (!).
«Живое место, — говорит он. — Есть что рисовать».
Спрашиваем: «Лес изменился за эти годы?»
«Облагородился, — кивает художник. — Раньше пешеходные дорожки были корявые, а сейчас — ровные, и велодорожки отличные. И беседки появились. Мне всё нравится».
Петров работает на нефтеперерабатыващем предприятии, ремонтирует динамическое оборудование. Говорит, лес для него — отдых от работы и города. Пока мы говорим, он берёт кисть, наносит несколько мазков на холст. Только начал — набросал контуры, обозначил линию горизонта, пятна крон. Но уже видно: это тот самый лес, который мы только что меряли палкой, считали по точкам, заносили в бланки.
На холсте — совсем другая история. Не квадратные метры, не высотные группы. Просто сосны, просто вода, просто небо. Всё то же самое — и совершенно иное.
Мы молча замираем рядом с художником, смотрим, как рождается картина.
Кто-то разглядывает холст, кто-то переводит взгляд на настоящий лес — и, кажется, пытается увидеть его таким же, как на холсте. Светлым. Цельным. Живым.
Проект «Включайся в природу! Кадры для территорий особой важности» реализуется АНО «Медиацентр «Поддержка» при поддержке Президентского фонда природы.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
