Необычных гостей встречала Пермская губерния летом 1914 г. — двух внучек и правнучку британской королевы Виктории. Одной из них было суждено стать святой, другой — королевой. На Урале они провели всего десять дней — с 11 по 20 июля по старому стилю (с 24 июля по 2 августа по-новому). И именно в это время начиналась Первая мировая война. Как великая княгиня Елизавета Фёдоровна и её спутницы путешествовали по Прикамью, в материале perm.aif.ru
С хлебом и солью
Пароход «Межень» шёл вверх по Каме. В прибрежных сёлах уже знали: на борту великая княгиня Елисавета Феодоровна, её старшая сестра Виктория Баттенбергская и дочь Виктории Луиза.
Елисавета и Виктория приходились внучками британской королеве Виктории. Их младшая сестра Александра Фёдоровна — женой Николая II и российской императрицей.
Для Елисаветы Феодоровны это путешествие было паломничеством.
За девять лет до поездки на Урал погиб её муж — великий князь Сергей Александрович, дядя Николая II и московский генерал-губернатор. Террорист бросил бомбу в его экипаж у Московского Кремля в 1905 г.
После смерти мужа княгиня всё дальше отходила от светской жизни. Она основала в Москве Марфо-Мариинскую обитель милосердия, где помогали больным, бедным и сиротам, и стала её настоятельницей.
Теперь её путь на Урал лежал прежде всего к православным святыням.
Свита была сравнительно небольшой: представители двора и сёстры Марфо-Мариинской обители.
Ещё до Перми пароход сделал остановку у села Елово. Место выбрали заранее: 11 июля отмечалась память равноапостольной княгини Ольги, и Елисавета Феодоровна хотела побывать на богослужении. Здесь можно было причалить к удобной пристани и посетить Петропавловский храм. К приезду готовились основательно. Ожидали большое скопление народа. Ради порядка власти распорядились на два дня закрыть казённые винные лавки.
После молебна «Межень» продолжила путь в Пермь.
12 июля пароход подошёл к городской пристани. Великую княгиню с принцессами с хлебом и солью встречали пермский губернатор Иван Кошко, представители города и духовенства.
С пристани гости отправились в Спасо-Преображенский кафедральный собор, где их ожидал епископ Пермский и Соликамский Палладий.
Совершили молебен святителю Стефану Великопермскому. Особое внимание Елисаветы привлёк хранившийся в соборе посох святителя (сейчас хранится в Пермском краеведческом музее).
Затем великая княгиня перешла в Крестовую церковь Архиерейского дома. Перед почитаемой Черниговской Гефсиманской иконой Божией Матери была прочитана молитва.
После этого великую княгиню ждали в приёмном зале Архиерейского дома — это помещение сейчас является частью музея.
«Этот зал посещали практически все официальные лица Российской империи, которые приезжали в Пермь. Визит Елисаветы Феодоровны в 1914 г. стал последней крупной встречей представителя императорского дома здесь», — рассказывает заведующая музеем Архиерейского квартала Мария Гмызина.
Пышного светского приёма сама великая княгиня не хотела. Её гораздо больше интересовали люди, занимавшиеся церковным просвещением, благотворительностью и монашеской жизнью. В Архиерейский дом приехали настоятельницы женских монастырей Пермской епархии, представители духовных учебных заведений, члены Императорского православного Палестинского общества, которое возглавляла Елисавета Феодоровна.
Всего за полтора часа ей представили около 45 человек.
«По самым скромным подсчётам, это примерно по две минуты на каждого», — говорит Мария Гмызина.
Среди тех, с кем она познакомилась в Перми, была начальница женской учительской семинарии Клавдия Степанова. Она пришла с двенадцатью воспитанницами. Через два года девушки снова увидят Елисавету Феодоровну — уже в Москве. Пермские семинаристки побывают на службе в основанной ею Марфо-Мариинской обители.
После встреч было чаепитие, вечером — всенощное бдение. А ночевать Елисавета Феодоровна вернулась на «Межень».
В шесть утра — в монастырь
Следующий день начался рано. 13 июля Елисавета Феодоровна посетила небольшую часовню, построенную в Успенском женском монастыре годом ранее, к 300-летию Дома Романовых на перекрестке улиц Покровской (ныне — Ленина) и Биармской (Плеханова). Затем отправилась в Успенский собор, где в шесть утра началась литургия.
Великая княгиня, которая сама уже несколько лет руководила Марфо-Мариинской обителью, внимательно присматривалась к тому, как устроена жизнь других женских монастырей в стране.
Настоятельница игумения Нина преподнесла гостье Казанскую икону Божией Матери в вышитой золотом ризе.
Виктория и Луиза в православных службах участие не принимали, т. к. были лютеранками. Их программа была светской, в отличие от Елисаветы, принявшей православие после замужества. Из Перми все трое выехали вместе, но на станции Ергач их пути разошлись на несколько дней: Елисавета направилась к Белой горе, а Виктория с дочерью — в Кунгур, знакомиться с достопримечательностями.
Путь на Белую гору
По дороге к станции Ергач произошла ещё одна встреча. У Бахаревки к вагону великой княгини крестным ходом пришли насельницы местного женского монастыря.
К приезду высокой гостьи на Белую гору готовились заранее. Губернатор распорядился привести дорогу от станции Ергач до монастыря в «образцовое состояние».
Путь был неблизким. Ехали в открытом экипаже. По дороге великая княгиня останавливалась в сёлах и деревнях, заходила в храмы.
В Троельге она побывала в Вознесенской церкви, в Ершах — в деревянном храме великомученицы Параскевы Пятницы, в Бымовском заводе — в Петропавловской единоверческой церкви.
Для небольших уральских селений приезд сестры российской императрицы был событием, о котором помнили десятилетиями.
«Люди рассказывали, что перед приездом великой княгини дорогу к Белогорскому монастырю устилали травой и цветами. Жители надевали лучшие наряды и выходили встречать её к дороге», — рассказывает Мария Гмызина.
До Белой горы добрались лишь поздним вечером. У монастыря Елисавету Феодоровну встречали братия и паломники.
Следующий день — 14 июля — она провела в Белогорской обители. Монастырские службы длились по несколько часов, но великая княгиня выстаивала их от начала до конца. Это особенно запомнилось игумену Серафиму (Кузнецову), начальнику расположенного неподалёку Серафимо-Алексеевского скита. Позднее он подробно описал путешествие Елисаветы Феодоровны по Уралу.
Утром следующего дня она отправилась в скит. Женщин туда допускали лишь в определённые дни, но для великой княгини сделали исключение. Она побывала в двух храмах, в том числе в пещерной церкви, которую монахи вырыли своими руками, посетила келью игумена Серафима и познакомилась с его матерью — монахиней Анастасией.
А вечером 15 июля Елисавета Феодоровна вновь оказалась в Перми. Здесь её заинтересовала ещё одна необычная для того времени вещь — женские миссионерские курсы. Великая княгиня расспрашивала епархиального миссионера Андрея Куляшова, чему учат слушательниц и как организована эта работа.
По словам Марии Гмызиной, такой опыт мог быть особенно интересен Елисавете Феодоровне для собственной Марфо-Мариинской обители.
Принцессы в пещере
Пока Елисавета Феодоровна ехала на Белую гору, Виктория Баттенбергская и её дочь прибыли в Кунгур.
На станции принцесс встречали представители города и земства, играл оркестр. Затем гости отправились к знаменитой Кунгурской ледяной пещере.
Перед спуском Виктория и Луиза переоделись в специальные костюмы. Под землёй они провели больше часа.
«Фотографий принцесс сохранилось больше, чем снимков самой Елисаветы Феодоровны. Есть прекрасные кадры, как они поднимаются от пристани к пещере: вокруг толпы народа, а принцессы улыбаются. Сохранилась фотография, сделанная в Бриллиантовом гроте», — рассказывает Мария Гмызина.
С этим посещением связана история, которую любят рассказывать кунгурские экскурсоводы. Принцессам приходилось где-то пробираться по пещере в полной темноте, а где-то почти ползком. На крутых каменных ступенях Луиза оступилась и разбила колени до крови. Позднее это место стали называть Дамскими слёзками. Через девять лет Луиза вышла замуж за шведского наследного принца Густава Адольфа. В 1950 г. он стал королём Густавом VI Адольфом, а Луиза — королевой Швеции.
Поэтому у Дамских слёзок появилась своя примета: экскурсоводы шутят, что у незамужней девушки, которая споткнётся на этих ступенях, есть шанс найти своего принца.
После пещеры Виктория и Луиза побывали на выставке местных кустарных изделий и на обеде, устроенном земством. Вечером они уехали из Кунгура, вновь проследовали через Пермь и продолжили путешествие по Горнозаводской железной дороге — в Нижний Тагил, Екатеринбург и другие города и заводские посёлки Урала.
Их программа заметно отличалась от паломнического маршрута Елисаветы.
«О пребывании в Пермской губернии Принцесс Баттенбергских сохранилось больше свидетельств в прессе. Они осматривали достопримечательности, бывали на заводах, знакомились с жизнью края», — говорит Мария Гмызина.
Новость, которая всё изменила
Елисавета Феодоровна собиралась продолжить путешествие: впереди было Верхотурье, где хранились мощи святого праведного Симеона Верхотурского — одна из самых почитаемых святынь Урала, а затем Алапаевск. Оба города тогда входили в Пермскую губернию.
Но ещё в Серафимо-Алексеевском скиту пришла тревожная новость: Австро-Венгрия объявила войну Сербии. По воспоминаниям игумена Серафима, услышав об этом, Елисавета Феодоровна заплакала.
Начиналась Первая мировая. Планы пришлось менять. В Верхотурье великая княгиня всё же отправилась, а от поездки в Екатеринбург, Нижний Тагил и Алапаевск отказалась. В России была объявлена мобилизация.
Обратный путь уже совсем не напоминал торжественное начало путешествия. 19 июля, когда великая княгиня вернулась в Пермь, Германия объявила войну России. В этот день отмечалась память преподобного Серафима Саровского. Она молилась в Крестовой церкви Архиерейского дома, а затем наедине беседовала с епископом Палладием. О чём они говорили — неизвестно.
«Личный архив епископа Палладия не обнаружен, воспоминаний об этой беседе он не оставил. Возможно, документы ещё когда-нибудь найдутся», — говорит заведующая музеем.
Перед отъездом Елисавета Феодоровна ещё раз посетила Успенский монастырь.
К тому времени мобилизация затронула и команду «Межени». Возвращаться прежним путём становилось всё сложнее. Гости отправились 20 июля в Москву поездом.
Под конвоем
Елисавета Феодоровна снова оказалась в Перми через несколько лет. Уже не по своей воле.
После революции она осталась в России и продолжала жить в основанной ею Марфо-Мариинской обители. 7 мая 1918 г. великую княгиню арестовали и отправили на Урал — теперь уже под конвоем. За ней добровольно последовали две сестры обители. Одной из них была Варвара Яковлева, которая сопровождала Елисавету Феодоровну и во время путешествия по Уралу в 1914 г.
По воспоминаниям насельниц пермского Успенского женского монастыря, узниц на несколько часов привезли в обитель — ту самую, которую великая княгиня посещала четырьмя годами ранее. Уже 11 мая Елисавета Феодоровна была в Екатеринбурге, а вскоре её отправили дальше — в Алапаевск. В город, куда она собиралась, но так и не добралась летом 1914 г.
В Алапаевске под стражей находились Елисавета Феодоровна, Варвара Яковлева и несколько представителей дома Романовых: великий князь Сергей Михайлович, три сына великого князя Константина Константиновича — Иоанн, Константин и Игорь, а также князь Владимир Палей. Вместе с Сергеем Михайловичем находился его секретарь Фёдор Ремез. В ночь на 18 июля 1918 г. алапаевские узники были убиты за городом, тела их сбросили в шахту.
Осенью, когда Алапаевск заняли белые, останки погибших подняли на поверхность. Среди тех, кто участвовал в поисках, был игумен Серафим (Кузнецов), который сопровождал Елисавету Феодоровну во время путешествия по Уралу в 1914 г.
Летом 1919-го, когда Красная армия вновь приближалась к Алапаевску, останки узников решили эвакуировать на восток. Заботу об их сохранении и перевозке взял на себя игумен Серафим. Почти полтора года он вёз восемь гробов через Сибирь в Китай.
Из Пекина останки Елисаветы Феодоровны и Варвары отправили дальше — на Святую землю, в Израиль. В 1921 г. их похоронили в храме Святой Марии Магдалины в Гефсимании. В 1992 г. Русская православная церковь причислила Елисавету Феодоровну и Варвару к лику святых преподобномучениц.
Сто лет спустя
Прошло больше века. Однако многие места, связанные с путешествием 1914 г., по-прежнему можно увидеть.
В Перми сохранился Архиерейский дом и его Крестовая церковь — ныне Крестовый храм во имя святителя Митрофана Воронежского. Здесь в 2018 г. освятили придел в честь преподобномучениц Елисаветы Феодоровны и Варвары. В иконах хранятся частицы их мощей, переданные из монастыря Святой Марии Магдалины в Гефсимании.
Сохранился и Казанский храм бывшего Успенского женского монастыря. На его территории и рядом, в сквере у Елизаветинской больницы, установлены памятники великой княгине.
А вот Успенский собор и часовня монастыря, построенная к 300-летию дома Романовых, которые посещала великая княгиня, были разрушены в советские годы.
В Ершах восстановлен храм великомученицы Параскевы Пятницы, а рядом в 2022 г. появился поклонный крест в память о приезде великой княгини.
Белогорский монастырь и сегодня остаётся одним из главных мест паломничества Пермского края. Возрождается и Серафимо-Алексеевский скит.
А в Кунгуре экскурсоводы по-прежнему показывают Дамские слёзки — ступени, на которых будущая королева Швеции разбила колени.
Новые подробности той поездки открываются и сегодня.
В музее Архиерейского квартала создана экспозиция и действует выставка, созданная при поддержке Министерства культуры Пермского края, которые рассказывают о подробностях путешествия и показывают редкие фотографии.
Особенно пронзительно эти снимки воспринимаются сегодня, когда известна дальнейшая судьба их героев. А там, на фотографиях, — лето 1914 г. И всё ещё впереди.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
