- Юрий Константинович, вы совсем недавно возглавили пермскую полицию, но наверняка у вас уже сложилось какое-то представление о вверенном хозяйстве?
- По итогам прошедшего года раскрываемость преступлений в Пермском крае, а это один из ключевых показателей работы правоохранительных органов, составил 51%. Это хуже, чем в России и Приволжском федеральном округе. За первые четыре месяца этого года раскрываемость чуть улучшилась, но незначительно. Мы занимаем 61 место в рейтинге субъектов РФ. И, конечно же, меня это не устраивает: когда практически каждое второе преступление не раскрывается, то есть каждый второй пострадавший человек остаётся со своей бедой.
Подчеркну, сегодня моя основная задача – оптимально провести реформирование. Определённые сложности возникают из-за того, что я совсем недавно заступил на должность. Надо понимать, что 15 тысяч человек, которые останутся в полиции, нужно будет аттестовать. Конечно, я не должен знать всех сотрудников, но с руководящим составом обязан познакомиться. Только на изучение их личных дел потребуется много времени. Вчера, например, я вышел с работы в 23.00.
- Как бы вы оценили работоспособность, уровень профессионализм сотрудников пермской полиции?
- Мне трудно дать общую оценку, потому что я пока пообщался с руководителями шести отделов внутренних дел на севере края, которые посетил в выходные. У каждого есть свои плюсы и минусы. Но опять же по каждому руководителю я дал положительный ответ моему заместителю по работе с личным составом, когда он спросил об их переаттестации. Основное – запал, желание работать – у них есть. А минусы - на чисто профессиональном поле. Но они есть у каждого человека, у любого профессионала. Главное, чтобы минусы не превалировали над плюсами. В целом я скажу, что коллектив работоспособный.
- Тогда как объясните противоречие между невысокой раскрываемостью и профессионализмом?
- Понимаете, мне сложно ответить на этот вопрос. Я как взрослый человек, прошедший определённую школу воспитания, не должен бросить камень в огород своего предшественника и его команды. Я не имею на это морального права, тем более что сам ещё не до конца разобрался в ситуации. На мой взгляд, здесь очень много составляющих «почему».
Я, например, стараюсь в день проезжать хотя бы по два подразделения МВД. И знаете, у меня возникает много таких «почему», на которые я пока не вижу ответа. Недавно вот побывал в медсанчасти. По своему опыту знаю, что в регионах, где экономика вообще «убитая», есть прекрасные медсанчасти и поликлиники для сотрудников МВД. Более того, есть хорошие реабилитационные центры. У нас такого центра нет, медсанчасть «убитая», поликлинику вообще надо срочно выселять – она не соответствует никаким требованиям. Почему так происходит в регионе-доноре, мне непонятно. И эти вопросы требуют серьёзного разбора, в которые нужно вникать.
Удар по самолюбию
- Несколько лет назад на улицах Перми патрулировали роботы-полицейские. Как относитесь к такого рода инновациям?
- Я этого боюсь – робота или человека с какой-то заложенной программой, который мало реагирует на доводы старших, более опытных сотрудников. Поэтому я категорически против роботов.
- В результате реформы полицию освободят от выполнения сорока побочных функций, в том числе и от обслуживания в медвытрезвителях. Как сейчас этот процесс идёт в Прикамье?
- Кстати, мы этот вопрос обсуждали с губернатором Олегом Чиркуновым на одной из недавних встреч. Причём, он сам его обострил и при мне поручил министру общественной безопасности Игорю Гончарову тщательно его доработать. Да, мы действительно должны освободиться от сорока побочных функций. Я как практик с большим стажем прекрасно отдаю себе отчёт в том, что до конца мы от этих функций не избавимся. Вот мы передадим медвытрезвители Министерству здравоохранения, но наши сотрудники, разумеется, не смогут пройти мимо граждан, которые находятся в состоянии тяжелого алкогольного опьянения. Однозначно, что мы будем их забирать и доставлять в медицинские учреждения. Это касается и других функций: например, розыск призывников, уклоняющихся от службы, практически в полной мере ложится на плечи наших сотрудников. Сегодня, когда военкомы не имеют реальной власти, нам, конечно, придётся им помогать. Но в целом, чтобы было меньше разговоров, что милиция – это такой спрут, который запустил свои щупальца повсюду, и это способствует её коррупции, я только рад, что эти щупальца нам отрубят.
Мы используем файлы cookie и сервисы аналитики (включая Яндекс.Метрику) для улучшения работы сайта. Продолжая использование сайта, вы соглашаетесь с обработкой ваших персональных данных в соответствии с Политикой конфиденциальности.
Пожалуйста, авторизуйтесь, для того чтобы оставить комментарийВойти
Правила комментирования
Эти несложные правила помогут Вам получать удовольствие от общения на нашем сайте!
Для того, чтобы посещение нашего сайта и впредь оставалось для Вас приятным, просим неукоснительно соблюдать правила для комментариев:
Сообщение не должно содержать более 2500 знаков (с пробелами)
Языком общения на сайте АиФ является русский язык. В обсуждении Вы можете использовать другие языки, только если уверены, что читатели смогут Вас правильно понять.
Запрещаются спам, а также реклама любых товаров и услуг, иных ресурсов, СМИ или событий, не относящихся к контексту обсуждения статьи.
Не приветствуются сообщения, не относящиеся к содержанию статьи или к контексту обсуждения.
Давайте будем уважать друг друга и сайт, на который Вы и другие читатели приходят пообщаться и высказать свои мысли. Администрация сайта оставляет за собой право удалять комментарии или часть комментариев, если они не соответствуют данным требованиям.
Редакция оставляет за собой право публикации отдельных комментариев в бумажной версии издания или в виде отдельной статьи на сайте www.aif.ru.
Если у Вас есть вопрос или предложение, отправьте сообщение для администрации сайта.
MAX
Пьяная пермячка избила полицейского в Санкт-Петербурге 
Биармия, коровья лепешка… Что еще может привлечь туристов в Пермский край? 
Сумасшедший кайф. Что выберет наркоман: тюрьму или принудительное лечение?