Примерное время чтения: 10 минут
2914

«Его привязали к кровати». Родные умершего в больнице пациента ищут правду

Леонид Сидоров почти месяц провёл в больнице. Но его жизнь не спасли.
Леонид Сидоров почти месяц провёл в больнице. Но его жизнь не спасли. / Лариса Ширкина / Из личного архивa

В Пермском крае летом 2022 года в Чайковской центральной городской больнице (ЧЦГБ) скончался 65-летний пациент Леонид Сидоров. Он попал в стационар с подозрением на инсульт и почти месяц был под наблюдением врачей, кочуя между отделениями реанимации и неврологии. В июне мужчина умер при странных обстоятельствах. Делом занимается МВД. А минздрав выявил нарушения во время проверки качества оказания медпомощи в ЧЦГБ. Дочь умершего – Лариса Ширкина – рассказала о ситуации сайту perm.aif.ru. 

«Думали, инсульт»

История началась 25 мая 2022 года, когда жителю Чайковского Леониду Сидорову внезапно стало плохо. Он практически не мог говорить. Рука и нога с правой стороны не двигались. Родные тут же вызвали скорую, заподозрив инсульт, поскольку симптомы были идентичны тем, что они наблюдали у главы семейства в 2017 году. Тогда врачи поставили именно такой диагноз.

«Приехала скорая. Бригада всё делала очень медленно. Врач снял кардиограмму, сравнил её с той, что была во время инсульта, и сказал, что они очень похожи. Мы настояли, чтобы папу как можно скорее госпитализировали. Его отвезли в приёмный покой ЧЦГБ. Там мы с порога получили порцию негатива. На просьбу поскорее помочь папе нам грубо ответили: «Все ждут, и вы ждите!» Потом всё же пришёл врач. Папе сделали КТ. Инсульт не подтвердился. Через полтора часа после приезда папу определили в неврологическое отделение, надев на него памперс. Остальную одежду забрали. Отцу запретили вставать. Он был в полном недоумении. Нас выгнали. Следующим утром мы говорили с отцом по телефону – к нему частично вернулась речь», – рассказывает Лариса Ширкина.

После этого дозвониться до Леонида Сидорова не получалось.

«Стало хуже непонятно почему»

Родные поначалу сильно не беспокоились – решили, что Леонида Сидорова забрали на процедуры. Но после множества безуспешных попыток дозвониться до него или врачей отделения родных охватила тревога. Они попросили работающую в больнице знакомую узнать, что происходит. Сами прийти не могли: посетителей в стационар тогда не пускали из-за пандемии COVID-19.

Леонид Сидоров с женой и её сестрой.
Леонид Сидоров прожил с супругой (слева) душа в душу более 40 лет. Фото: Из личного архивa

«Она сообщила, что папа в бессознательном состоянии находится в реанимации и подключён к аппарату ИВЛ. По какой причине он попал туда, нам не сказали. Даже лечащий врач папы – заведующий отделением неврологии – не мог ничего толком пояснить. Он говорил, что папе стало хуже непонятно почему, – говорит Лариса Ширкина. – От врача-реаниматолога мы узнали, что отец поступил к ним без сознания с сильнейшей одышкой после острого психоза (который в отделении неврологии отрицают). Пришлось срочно ввести папу в искусственную кому и подключить к аппарату ИВЛ, чтобы сохранить жизнь. Свою часть работы врачи-реаниматологи сделали отлично. А на отделение неврологии я тогда старалась не давить, несмотря на всё негодование, потому что понимала – восстанавливаться папе придётся там».

В реанимации Леонид Сидоров пробыл около трёх недель. Из них в искусственной коме он находился три дня, говорят его родные. Дочь звонила в больницу каждый день.

От врача-реаниматолога мы узнали, что отец поступил к ним без сознания с сильнейшей одышкой после острого психоза (который в отделении неврологии отрицают). Пришлось срочно ввести папу в искусственную кому и подключить к аппарату ИВЛ, чтобы сохранить жизнь.

«Диагноз папе так и не поставили. От чего его лечили, было непонятно. Через несколько дней в реанимации папа пришёл в сознание. Но отключить его от аппарата ИВЛ не могли – без него он начинал задыхаться, тут же сбивался сердечный ритм. По моей просьбе папу осмотрел кардиолог. Он сказал, что со стороны сердца нет проблем, которые могли бы вызвать такое критическое состояние. В отделении реанимации с папой занимались ЛФК, следили, чтобы не было пролежней, проводили необходимые процедуры. Ему стало намного лучше. Папа уже мог самостоятельно переворачиваться на кровати», – рассказала дочь Леонида Сидорова.

«Просила отпустить папу»

Пациента перевели обратно в отделение неврологии. Он хоть и плохо (мешала трахеостома – это отверстие в шее, дающее возможность воздуху поступать напрямую в трахею), но говорил. 17 июня полная надежд на скорое выздоровление отца Лариса Ширкина отправилась поздравлять врачей реанимации с грядущим Днём медика. Зашла и к заведующему отделением неврологии.

«Он сказал, что с папой никаких манипуляций не проводят. Тогда я попросила отпустить отца домой. Мы хотели сами обеспечить ему необходимый уход. Врач отказал. Сказал, что нужно время на то, чтобы затянулась трахеостома. Говорил, у папы всё хорошо, пару дней его не будут беспокоить, а потом начнут поднимать на ноги. Диалог прошёл на позитиве», – вспоминает Лариса Ширкина.

К тому времени Леонид Сидоров находился в больнице почти месяц. Дочь попросила пустить к нему в палату маму. Ей разрешили прийти в тот же день.

Зачем привязывать к кровати?

Жена Леонида Сидорова пришла к мужу вечером 17 июня, а потом позвонила дочери в слезах.

«Она сказала, что творится неладное, что папа лежит привязанным к кровати. Медперсонал не смог ответить, зачем это нужно, говорил с нами с недовольством. Весь вечер я пыталась дозвониться до врача, чтобы узнать, что случилось. Не вышло. Маме разрешили прийти к отцу ещё раз утром 18 июня. В палате было очень жарко и душно. Папа весь вспотел и был очень горячим, лежал в кислородной маске. Зачем она – нам не объяснили», – говорит Лариса Ширкина.

Мужчина сполз с подушки, согнутые ноги упёрлись в спинку кровати, но никто из медперсонала не подходил, чтобы помочь, рассказала Лариса Ширкина. Леонид Сидоров не мог говорить. С большим трудом ему удалось сжать руку супруги. Он постоянно закатывал глаза и хотел спать. Когда его жена начала задавать вопросы медперсоналу, её попросили уйти.

Память о Леониде Сидорове хранит семейный альбом. На фото он с женой и детьми.
Память о Леониде Сидорове хранит семейный альбом. На фото он с женой и детьми. Фото: Из личного архивa/ Лариса Ширкина

«Врач сам не понял, что случилось»

Буквально через пару часов семье позвонили и сообщили, что Леонид Сидоров умер из-за сердечной недостаточности.

«Я спросила, как такое могло случиться. Медперсонал стал грубить и возмущаться тем, что я не согласна с диагнозом. Мне сказали прийти утром и забрать справку о смерти. Я спросила, как определили диагноз. В ответ мне снова нагрубили. Я говорила по громкой связи из дома. Вся семья слышала беседу и была в шоке. Утром я пришла к завотделением неврологии. Он сказал, что сам не понимает, что случилось с папой, говорил, такого не должно было произойти. Я не понимаю, что мешало выявить проблемы с сердцем раньше и перевести папу в отделение кардиологии. Позже нам сказали, что сердечный приступ начался у папы накануне дня смерти. Почему его не купировали? При этом врачи-кардиологи в один голос нам говорят, что по линии сердца отклонений, которые могли бы привести к смерти, у папы не было. Что тогда с ним произошло?»– Говорит дочь умершего.   

Вопросы без ответов

Дочь Леонида Сидорова так и не узнала, зачем привязывали отца к кровати, что стало причиной ухудшения здоровья перед госпитализацией, почему состояние окрепшего в реанимации пациента так резко ухудшилось после возвращения в отделение неврологии. Врачи на эти вопросы не ответили.

«В больнице нам даже соболезнования никто не выразил. Нам сказали: «Бывает». Представляете?» – плачет Лариса.

Семья решила выяснить, что произошло и обратилась во все возможные инстанции: МВД, СКР, минздрав, Росздравнадзор, страховую компанию, прокуратуру. После этого министерство здравоохранения провело проверку.  

Леонид Сидоров проходил лечение в Чайковской центральной городской больнице..
Леонид Сидоров проходил лечение в Чайковской центральной городской больнице.. Фото: Чайковская центральная городская больница

«В рамках ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности была проведена внеплановая проверка качества оказания помощи пациенту, которая выявила нарушения. Главному врачу выдано предписание об устранении нарушений. Исполнение находится на контроле», – рассказали perm.aif.ru в министерстве.

Какие именно нарушения выявили в больнице, минздрав не уточняет, ссылаясь на то, что эту информацию можно разглашать только родственникам умершего. При этом самой Ларисе Ширкиной тоже не удалось узнать подробности. В минздраве заявили, что информацию сообщат только при личном визите – иначе личность человека не подтвердить. А от Чайковского до Перми путь неблизкий.

В рамках ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности была проведена внеплановая проверка качества оказания помощи пациенту, которая выявила нарушения. Главному врачу выдано предписание об устранении нарушений.

Экспертизу провела и страховая компания. По словам Ларисы Ширкиной, она выявила незначительные нарушения при оформлении документов.

«Другие структуры, в которые мы обращались переадресовали нас в минздрав. В СКР сообщили, что вопрос вне их юрисдикции. Вскрытие тела показало, что папа умер в результате отёка лёгких, который наступил из-за сердечной недостаточности. Но выводам патологоанатома я не очень доверяю», – говорит Лариса Ширкина.  

Полиция инициировала судебно-медицинскую экспертизу. Только по её итогам можно принять решение о возбуждении уголовного дела. Однако экспертиза ещё не прошла.

«Я хочу выяснить, что произошло с папой. Нельзя допустить, чтобы от некомпетентных врачей зависили чьи-то жизни. Если они виновны в смерти отца, то должны нести ответственность», – считает дочь Леонида Сидорова.

Сайт perm.aif.ru обратился за разъяснениями в СКР и МВД. Однако к моменту публикации статьи ответы ещё не поступили. Мы продолжаем следить за развитием ситуации. 

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах