206

Срока давности нет. Семьи репрессированных до сих пор помнят все до мелочей

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 47. АиФ-Прикамье 17/11/2015
Ольга Александровна Курочкина:
Ольга Александровна Курочкина: "Те, кто творил произвол, думали: "Уничтожим одного умного человека, погибнут и его наследники". Но мы выжили". © / АиФ

Так, прощаясь, сказал Александр Просвирнин своей жене, когда в дни Рождества 1931 г. за ним приехали мужчины в черном. «Я вернусь!» – говорил он своим детям, поднимая каждого из пятерых на руки и крепко прижимая к себе. Это были последние отцовские объятия – он не вернулся.

О том, через какие испытания прошла эта семья, рассказывает сегодня Ольга Курочкина, педагог с сорокалетним стажем. Это ее папочка, как она называет его до сих пор, прощался тогда с детьми навсегда. Его расстреляли в 1931 г., когда ему было всего 37 лет. А поведать историю о временах давних 89-летнюю женщину подтолкнула новость о том, что в Москве появится памятник жертвам политических репрессий.

Золотой голос 

«Мой папа, Александр Просвирнин, родился в 1894 г. в с. Сивинское, Сарапульского уезда, Вятской губернии, – начала свой рассказ Ольга Курочкина. – Он был очень одаренным человеком. Вы можете себе представить: сын кузнеца, окончивший 4 класса приходской школы, пел в оперном театре Петрограда! У него был прекрасный тенор. Удивительно, как он научился так петь. Когда ему было 20 лет, он специально ездил в Екатеринбург на музыкальные курсы, где учился хоровому, духовному и светскому пению. Свидетельство об их успешном окончании в 1914 г. чудом удалось сохранить моей маме. И стремление познавать новое никогда его не оставляло. В свободное от тяжелого крестьянского труда время отец продолжать обучаться самостоятельно. А помогала ему деревенская учительница.

В 1915 г. его призвали на военную службу и отправили в Петроград, в запасной батальон лейб-гвардии Павловского полка. Папа прошел военную подготовку, получил чин ефрейтора. Но и об образовании он не забывал. Отец подал докладную записку командиру роты с просьбой разрешить ему сдать экзамены за курс гимназии. Испытания он прошел успешно. И все это время он не переставал петь в хоре Петроградского оперного театра.

17 мая 1916 г. папу отправили в действующую армию в самое пекло войны. Он получил две награды – Георгиевский крест 3 и 4 степени. Фронт отец покинул в чине прапорщика после контузии. В 1918 г. вернулся домой, в Сивинское. Женился на своей подруге детства Анастасии Волковой, нашей будущей маме.

Большая семья

В 1919 г. отца призвали в Красную армию. Он принимал участие в боях с Колчаком и дошел до Иркутска. Через год его направили в штаб главнокомандующего ДВР (Дальневосточная республика. – Ред.). Мама, как декабристка, приехала к папе в Сибирь. В Иркутске родилась моя старшая сестра Галина. Вскоре отца перевели в Читу. В 1921 г. он ушел из армии по состоянию здоровья, но до конца жизни был верен своей дивизии, оставаясь вольнонаемным служащим.

В Чите у моих родителей родились еще четверо детей: Геннадий, Лидия, я и наш младший брат Евгений. К нам приехали родители мамы. Квартира у нас была большая, мы жили дружно и интересно. Папа всегда заботился о нашем воспитании и развитии. Он учил нас читать стихи, петь, играть на фисгармонии. А на праздники устраивал для нас игры и спектакли. Папа старался не поддаваться болезни – он работал и пел в местном театре. В доме часто бывали гости – люди хорошо образованные, интеллигентные. Нашу семью в городе знали и уважали.

«Я скоро вернусь…»

Но счастливая жизнь закончилась внезапно. Как гром среди ясного неба 8 января 1931 г., поздно вечером, раздался стук в дверь. Мама открыла – на пороге стояли двое мужчин в длинных пальто и черных шапках. Потребовали, чтобы папа оделся и пошел с ними.

Мама вывела всех детей в гостиную. Папа брал каждого из нас на руки и говорил, что скоро вернется. «Настенька, не беспокойся, я невиновен. Разберутся, и я приду», – сказал он маме. Папа не вернулся. Мы, малыши, конечно, не понимали, почему какие-то дяди увели с собой нашего доброго, умного, красивого папу. А 9 января к дому подъехали сани, и у нас забрали все, что было в доме. Нас выбросили на улицу. Началась страшная и тяжелая жизнь. У нас не было ни жилья, ни одежды. Холодные, голодные, бродили мы с мамой по городу. Бывшие друзья отвернулись: они боялись, что с ними будет то же самое. Нас оскорбляли, бросали в нас палками, кричали, что мы – дети врага народа. Но все же находились добрые люди. Те, кто кормил и пускал переночевать.

Мама тайком от нас постоянно навещала папу в тюрьме. Он писал ей записочки. В последней из них были такие слова: «Милая Настенька, очень прошу тебя, принеси пару белого белья». Это означало, что его должны расстрелять. Люди не побоялись Господа Бога, забрав папу из семьи в Рождество. И убили его в день Красной армии, которой он отдал много лет. До сих пор мы не знаем, где его похоронили. Только в 1980 г. мы, дети, узнали, что нашего папу расстреляли.

В последней записке отец попросил маму дать нам всем образование. Его волю она выполнила, хотя только Бог знает, как ей было трудно. В 35 лет она осталась вдовой с пятью детьми без средств к существованию.

Мама увезла нас в Пермь, и там мы начали новую жизнь. Без папы. Было очень трудно, но она мужественно держалась, и нас приучила к труду. Мы ничего не просили, хорошо учились в школе. В годы Великой Отечественной войны трудились в тылу. Брат Геннадий, как и наш отец, ушел защищать Родину. Он был на Курской дуге, служил полевым хирургом в госпитале. После войны продолжил работать врачом. С медициной связала жизнь и сестра Лида. Я и Галина стали педагогами, Женя – инженером. Каждый из нас получил высшее образование. Как и мечтал наш отец.

Мама умерла в 1984 г. Перед смертью она попросила меня вложить последние записки папы из тюрьмы ей в руку. С тем и ушла».

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых


Самое интересное в регионах