Примерное время чтения: 8 минут
204

Цепная реакция. Как воспитать новое поколение исследователей

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 49. АиФ-Прикамье 08/12/2021 Сюжет Разработки пермских учёных
У ребят, которые хотят заниматься наукой, всегда есть возможность это делать.
У ребят, которые хотят заниматься наукой, всегда есть возможность это делать. ПНИПУ

Таблица Менделеева (скорее, то, как она выглядит) – это всё, что многие из нас помнят из школьного курса химии. Ну и, пожалуй, формулу воды можем назвать. А ведь результаты работы учёных-химиков окружают нас каждый день.

Эта наука всегда активно развивалась, а сейчас многие её направления находятся в авангарде исследований. Какая она – современная химия? Каков путь от идеи до воплощения? Как удаётся привлекать молодёжь в эту науку? Об этом рассказала декан химического факультета ПГНИУ Ирина Машевская.

Долгий путь

Марина Медведева, «АиФ-Прикамье»: Химики – одни из лидеров вуза по подаче заявок на получение патентов. Как у вас это получается?

Ирина Машевская:  Да, в этом году мы отправили 48 заявок на получение патентов РФ. Положительное решение по восьми заявкам этого года уже получили. Такого количества заявок в один год прежде не было никогда. Это связано с деятельностью регионального научно-образовательного центра, с которым мы начали активно сотрудничать. Работа по подаче патента непростая. Мало иметь разработку, нужно оформить ряд документов, заплатить пошлину, тратить ресурсы на поддержание полученного патента. Благодаря работе центра  разработчикам стало интереснее заниматься этими вопросами. 

– Каков путь от разработки до практического применения?

– Путь от патента до коммерциализированной разработки тяжёлый и долгий: необходимо, чтобы нашёлся инвестор, заинтересованные во внедрении компании и т. д. У нас есть патенты, которые приобретали научно-исследовательские организации, чтобы дальше с ними работать. Есть интересные идеи. Например, разработка физхимиков по защите металлических поверхностей от коррозии – над ней работали ещё в советские времена. Ранее были внедрены разработки неоргаников на предприятии «Сода». Сейчас активно работают и наши химики-органики. Они создают биологически активные соединения, на основе которых можно разработать лекарства. Но в этой сфере путь от биоактивной молекулы до полки аптеки занимает десятки лет. И при этом необходимо несколько десятков миллионов долларов.

– Разработки – это всегда командная работа. Как вы формируете научные группы?

– По-разному. Есть классический западный вариант, когда профессор собирает команду по определённой тематике. Научные группы в этом случае «плавающие». Например, профессор приезжает, скажем, в Оксфордский университет и собирает группу. Ему присылают резюме, и он отбирает тех исследователей, которые ему подходят. На проект выделяют деньги. Когда они заканчиваются, проект закрывается. У нас такой вариант тоже есть – создаются группы, которые формируются, когда тот или иной проект получает финансирование. Например, сейчас у нас реализуется проект по созданию молодёжной научной лаборатории, которой руководит молодой органик Александр Рубцов. В его лаборатории органического синтеза трудятся около 30 молодых ребят. Лабораторию финансирует государство. Есть второй вариант формирования команды исследователей, который исторически сложился во многих университетах.

С 1916 года, когда вместе с университетом была создана и кафедра общей химии, на нашем факультете стали появляться научные школы, многие из которых существуют и сегодня. Они подпитываются молодыми кадрами, которых мы постоянно выращиваем. Выпускники остаются на кафедре в качестве ассистентов, продолжают её тематику. Так  научная школа существует очень долго. Сочетание этих двух подходов к формированию научных групп даёт хороший результат.

Продвижение по-научному

– Сейчас молодёжь чаще ищет работу с более привлекательными условиями. Как при этом увлечь научной работой молодых ребят?

– Начинаем со студентов, которые только пришли в вуз. С младших курсов привлекаем ребят к работе в лабораториях наших кафедр. На встречу с первокурсниками приходят руководители научных направлений, заведующие кафедрами, лабораториями и рассказывают, что мы делаем на факультете. У ребят, которые хотят заниматься наукой, всегда есть возможность это делать. Когда они завершают обучение и пишут выпускную квалификационную работу, у них уже есть серьёзный задел, который позволяет им либо поступить в аспирантуру, либо остаться работать научным сотрудником или ассистентом. Важно, что мы можем предложить ребятам не просто работать, но и зарабатывать на научных исследованиях. Наши ребята могут подавать заявки на молодёжные, студенческие гранты и получать финансирование на свои проекты. Многие студенты уже с младших курсов участвуют в проектах по внедрению инновационных разработок – «УМНИК», «Старт».

У ребят, которые хотят заниматься наукой, всегда есть возможность это делать. Когда они завершают обучение и пишут выпускную квалификационную работу, у них уже есть серьёзный задел, который позволяет им либо поступить в аспирантуру, либо остаться работать научным сотрудником или ассистентом.

– Современный учёный – не только изобретатель и новатор. Он должен уметь  продвигать свой проект, рекламировать свои разработки. Не каждый специалист владеет навыками продвижения. Как вы решаете эту проблему?

– Сейчас надо уметь продвигать результаты своей работы. Это правда. Мы учим студентов, как представлять результаты своей деятельности. И всё равно пропасть между учёным и научным менеджером, который ищет инвесторов, будет всегда. Не все разработчики могут рекламировать свои исследования сами, поэтому необходимы менеджеры, которые владеют таким навыком. Университет пытается создавать такие отделы, но это непросто. Мы ищем таких научных менеджеров и даже сами выращиваем кадры. У нас, например, есть молодой сотрудник, который учится в магистратуре экономического факультета. Мы его отправили туда специально, чтобы у нас был свой специалист, помогающий нашим учёным продвигать их разработки. 

Интересно или востребовано?

– Какие сейчас самые перспективные направления и где грань между научным интересом учёного и тем, что востребовано? Всегда ли удаётся заниматься только тем, чем хочется?

–  Да, могут быть научные исследования, которые были востребованы много лет назад. А сейчас в них нет необходимости. Бывает, что исследователи менять тематику не хотят. Но для такой работы нужно обладать большими ресурсами. Работать только для себя непросто. Большинство молодых сотрудников всё-таки пытаются формировать круг своих интересов так, чтобы это было перспективно, так как без денег большую науку не сделаешь. Именно под перспективные и потенциально востребованные проекты дают деньги. И эти работы можно публиковать в журналах мирового уровня. Такие публикации для нас очень важны. Мы сейчас в лидерах по количеству публикаций в высокорейтинговых журналах.

– Какие сегодня самые востребованные направления исследований на вашем факультете?

– Среди наиболее востребованных направлений в органической химии я бы упомянула асимметрический синтез и органический катализ. Сейчас очень популярна разработка оптически чистых лекарственных препаратов. Это очень важно, чтобы лекарство действовало именно так, как надо, и не вызвало тяжёлых реакций организма. Именно нарушение оптической чистоты вещества в своё время привело к трагедии с препаратом «Талидомид», который использовали в качестве успокоительного для беременных женщин. Из-за этой ошибки у женщин, принимавших такое лекарство, родились дети с нарушениями в развитии.

Нашим учёным интересны такие направления исследований, как нейрофармакология и водородная энергетика. Если нейрофармакология включает большой объём фундаментальных исследований, которые затем переходят в прикладную плоскость, то водородная энергетика сразу нацелена на практическое использование. И это можно понять, так как сейчас значительную роль начинает играть альтернативная энергетика. Также среди востребованных направлений я бы упомянула работы физхимиков по защите металлов от коррозии. Именно они получили один из восьми уже одобренных патентов.

У вещества, которое они разработали, высокое активное действие при малых концентрациях. Оно более чем на 90 % может замедлить скорость разрушения металла при концентрации всего одна десятая грамма на литр. Это может сохранить целостность оборудования при контакте с агрессивными средами. Разработка может быть очень интересна для нефтяников и предприятий, работающих с агрессивными жидкостями.

– Мы много говорим о том, что разработка должна быть полезна. А как быть с «чистой наукой»?

– Она тоже важна, ведь без фундаментальных исследований не бывает практических разработок. Наука сейчас более сложная. И всё, что мы сейчас используем – от новых высокотехнологичных медицинских изделий, композиционных материалов, промышленных установок до уникальных тканей будущего в самых эксклюзивных дизайнерских проектах – всё это некогда вышло из фундаментальных исследований. Ещё хотелось бы добавить, что главные открытия сейчас делаются на стыке наук – химии и биологии, физики и химии, медицины и органической химии. В этом году мы даже создали новую кафедру – биохимии и медицинской биотехнологии. Стараемся двигаться вперёд.

Химия и фармакология – на первом плане

Депутат Государственной Думы от Пермского края Антон Немкин:

«Среди приоритетов своей работы в Пермском крае выделяю развитие цифровизации в разных сферах. Пермская земля исторически славится наукоёмкими производствами, талантливыми учёными, инженерами. Самое главное – в центре должны стоять интересы человека, повышение качества жизни. Химия и фармакология  сегодня выходят на первый план. Считаю, что интерес к науке нужно прививать с детства, ведь в нашем регионе всё для этого есть: традиции, научная школа и здоровые амбиции учёных».

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах